Оценка уровня удержания терапии секукинумабом у пациентов с псориатическим артритом в реальной многопрофильной клинической практике

Врач
Врач

Источник: Ruscitti P, et al. The assessment of the drug retention rate of secukinumab in patients with psoriatic arthritis in a real-life multicentre cohort. Clin Exp Rheumatol. 2024 Jan;42(1):69-76. doi: 10.55563/clinexprheumatol/tpp63h. Epub 2023 Jul 24. PMID: 37497733.

 

Введение
 

Псориатический артрит (ПсА) является хроническим заболеванием, при котором воспаление затрагивает суставы, связки и сухожилия у пациентов с псориазом

Характерная особенность ПсА — его клиническая неоднородность, что проявляется в широком спектре симптомов и течении болезни. У некоторых пациентов заболевание может принимать агрессивную форму с деструктивным поражением суставов, что приводит к инвалидизации и существенному снижению качества жизни. Дополнительно, наличие связанных с ПсА коморбидных состояний может усугублять течение болезни и ухудшать ее прогноз.

 

Механизмы патогенеза ПсА остаются недостаточно изученными, однако ключевую роль в развитии заболевания играет провоспалительный цитокин интерлейкин IL–17A. Считается, что он активно участвует в сложной сети цитокинов, индуцируя продукцию воспалительных молекул и активацию клеточных мишеней, таких как фибробласты, эпителиальные клетки и синовиальные клетки. Благодаря этим данным в терапии ПсА начали применяться препараты, блокирующие IL–17A. Одним из таких препаратов является секукинумаб, моноклональное антитело IgG1–κ, предназначенное для таргетного подавления воспаления.

Врач
Эффективность секукинумаба в лечении различных проявлений ПсА была доказана в рамках рандомизированных клинических исследований, что привело к включению этого препарата в рекомендации EULAR и GRAPPA. В настоящее время ингибиторы IL–17A рекомендуют назначать пациентам, которые не достигают терапевтического ответа на препараты первой линии.


Тем не менее, результаты клинических испытаний не всегда можно напрямую экстраполировать на реальную клиническую практику, где пациенты часто имеют сопутствующие заболевания и другие сложности, влияющие на лечение. В связи с этим важным параметром оценки эффективности терапии является уровень удержания терапии (drug retention rate, DRR), отражающий продолжительность использования препарата в реальных условиях.

На сегодняшний день данные о применении секукинумаба у пациентов с ПсА в условиях реальной клинической практики ограничены, а влияние коморбидных состояний на показатель удержания терапии изучено недостаточно.

Врач
Цель настоящего исследования заключалась в оценке DRR секукинумаба у пациентов с ПсА, а также в анализе связи клинических характеристик и сопутствующих заболеваний с данным показателем.

 

Методы исследования
 

Дизайн, участники и условия

Исследование проводилось ретроспективно в мультицентровом формате, с участием пациентов с ПсА, соответствовавших критериям CASPAR. В анализ включались пациенты, которые получали лечение секукинумабом не менее 3 месяцев в период с января 2016 года по июнь 2022 года. Основная задача исследования состояла в оценке DRR секукинумаба у этой группы пациентов.


Оцениваемые показатели
 

Для каждого пациента фиксировались данные о причинах прекращения терапии (например, из-за неэффективности или побочных эффектов), а также о демографических и клинических параметрах, включая возраст, пол, ИМТ, длительность заболевания и его проявления (аксиальные симптомы, периферическое поражение суставов, кожные или ногтевые повреждения). Кроме того, учитывалось наличие коморбидных состояний: артериальной гипертензии, сахарного диабета 2 типа, дислипидемии, ожирения, метаболического синдрома и других заболеваний.

Особое внимание уделялось кардиометаболической мультиморбидности, которая определялась как наличие двух или трех из следующих состояний — гипертензия, дислипидемия и сахарный диабет 2 типа.

 

Дополнительно анализировались параметры терапии: дозировка секукинумаба (300 мг или 150 мг), применение препарата в качестве первой линии bDMARD либо после неудачи других биологических средств, а также сопутствующая терапия csDMARD (включая метотрексат) или глюкокортикостероиды.


Статистический анализ
 

Кумулятивный DRR секукинумаба рассчитывался на основе кривых Каплана-Мейера, где событием считалось прекращение лечения. Для оценки влияния коморбидных состояний и других факторов использовался лог-ранговый тест. Минимальный уровень статистической значимости был установлен на уровне p<0,05. Все расчеты выполнялись с использованием программного обеспечения GraphPad (версия 8.0).


Результаты
 

Клинические характеристики пациентов

Ретроспективный анализ охватил данные 207 пациентов с ПсА (средний возраст — 55,1±11,9 лет), из которых 40,1% составляли мужчины. Основные клинические проявления включали периферическое поражение суставов (80,2%), кожные и ногтевые изменения (78,3%), аксиальные симптомы (50,3%) и энтезит (40,1%). Дактилит отмечался у 29,1% пациентов. Средняя длительность заболевания составила 8,4±5,5 лет.

Сопутствующие заболевания наблюдались у 57,2% выборки. Наиболее распространенные состояния включали артериальную гипертензию (38,9%), дислипидемию (35,1%) и сахарный диабет 2 типа (28,6%). Ожирение с ИМТ ≥30 было зарегистрировано у 38,7% пациентов, а тяжелое ожирение (ИМТ ≥35) — у 18,3%. Наличие кардиометаболической мультиморбидности было выявлено у 28,6% пациентов, что подтверждает высокую распространенность этих состояний у данной группы.

Врач

 

Уровень удержания терапии
 

Кумулятивный DRR секукинумаба за 60 месяцев составил 57,0%, со средним временем терапии 21,5 месяца. Прекращение лечения по причине неэффективности наблюдалось у 21,4% пациентов, а из-за побочных эффектов — всего у 2,3%. Ни одного опасного для жизни нежелательного явления, включая влияние на кишечник, зарегистрировано не было.

 

Врач
Врач

Факторы, влияющие на DRR
 

  1. Клинические характеристики
  • Пол
  • Возраст ≥65 лет
  • Длительность заболевания и дозировки секукинумаба не оказали значимого влияния на DRR.
  1. Клинические характеристики
  • Общие коморбидные состояния не снижали уровень удержания терапии. Напротив, у пациентов с кардиометаболической мультиморбидностью наблюдалось улучшение DRR (p=0,042).
  • Артериальная гипертензия, дислипидемия и сахарный диабет также продемонстрировали тенденцию к улучшению удержания терапии.
  1. Ожирение
  • Индекс массы тела ≥30 или ≥35 не влиял на удержание терапии. Этот результат подтверждает отсутствие негативного эффекта ожирения на эффективность секукинумаба.
  1. Характеристики лечения
  • Препарат эффективно применялся как в первой линии терапии, так и после неудачи других bDMARD. Сопутствующая терапия метотрексатом также не повлияла на DRR.


Обсуждение
 

Результаты исследования демонстрируют стабильное удержание терапии секукинумабом у пациентов с ПсА в реальной клинической практике. Интересно, что наличие кардиометаболической мультиморбидности связано с улучшением удержания терапии, что может быть связано с ролью IL–17A в этих состояниях. Также важно отметить отсутствие влияния ожирения на эффективность лечения, несмотря на его известную связь с худшими исходами при ПсА.

Подводя итоги, можно сделать несколько ключевых выводов относительно DRR секукинумаба у пациентов с ПсА.

  1. Удержание терапии, по видимому, не зависело от определенных клинических характеристик пациентов, включая мужской пол, пожилой возраст и длительность заболевания. Кроме того, наличие сопутствующих заболеваний, включая ожирение, не снижало DRR секукинумаба. В то же время у пациентов с кардиометаболической мультиморбидностью наблюдалась тенденция к улучшению DRR данного препарата. Наконец, различные дозировки, различные линии терапии и сопутствующая терапия csDMARD не оказывали влияния на DRR секукинумаба. Таким образом, можно предположить клиническую применимость секукинумаба в лечении пациентов с ПсА в реальных условиях.
  2. Несмотря на то, что данное исследование предоставляет дополнительную информацию о DRR секукинумаба у пациентов с ПсА, оно имеет некоторые ограничения, которые могут снизить достоверность результатов. Ретроспективный дизайн исследования действительно может ограничивать обобщаемость данных. Другим ограничением является отсутствие оценки активности заболевания в этой когорте. Однако целью исследования было оценить влияние характеристик пациентов и сопутствующих заболеваний на DRR секукинумаба, а не его эффективность, которая была подробно изучена и документирована в рандомизированных клинических испытаниях и других реальных исследованиях13–19,26–31. С учетом этих выводов необходимы дальнейшие исследования для полного выяснения этого вопроса, а полученные данные могут послужить основой для организации будущих подтверждающих исследований, направленных на более индивидуализированное управление этими пациентами с ПсА47–49.
  3. В заключение, кумулятивный 60-месячный DRR секукинумаба составил 57,0% у пациентов с ПсА. Наличие кардиометаболической мультиморбидности может быть связано с улучшением DRR секукинумаба, тогда как ожирение не оказывало влияния на этот показатель. Предшествующее использование bDMARD, сопутствующая терапия csDMARD и различные дозировки также не влияли на DRR секукинумаба с течением времени. Хотя для полного выяснения этого вопроса необходимы дополнительные исследования, клиническая применимость секукинумаба может быть рекомендована для лечения пациентов с ПсА в реальных условиях.


Заключение
 

Секукинумаб показал высокую эффективность и переносимость при длительном применении, независимо от демографических характеристик, наличия коморбидных состояний и массы тела. Эти результаты подтверждают его универсальность и ценность как средства лечения пациентов с ПсА в реальных условиях. Для подтверждения полученных данных необходимы дальнейшие исследования, особенно проспективного характера.

 

Список литературы

  1. GLADMAN DD: Early psoriatic arthritis. Rheum Dis Clin North Am 2012; 38(2): 373–86. https://doi.org/10.1016/j.rdc.2012.05.005
  2. RITCHLIN CT, COLBERT RA, GLADMAN DD: Psoriatic arthritis. N Engl J Med 2017; 376(10): 957–70. https://doi.org/10.1056/nejmra1505557
  3. RUSCITTI P, ESPOSITO M, GIANNERAMO C et al.: Nail and enthesis assessment in patients with psoriatic disease by high frequency ultrasonography: findings from a single-centre cross-sectional study. Radiol Med 2022; 127(12):1400–6. https://doi.org/10.1007/s11547–022–01568–4
  4. NAVARINI L, CURRADO D, CASO F et al.: Duration of clinical remission and low disease activity impacts on quality of life and its domains in psoriatic arthritis patients: results from an Italian multicentre study. Clin Exp Rheumatol 2022; 40(7):1285–92. https://doi.org/10.55563/clinexprheumatol/tgdj0p
  5. GIACOMELLI R, GORLA R, TROTTA F et al.: Quality of life and unmet needs in patients with inflammatory arthropathies: results from the multicentre, observational RAPSODIA study. Rheumatology (Oxford) 2015; 54(5): 792–7. https://doi.org/10.1093/rheumatology/keu398
  6. LUBRANO E, SCRIFFIGNANO S, PERROTTA FM: Multimorbidity and comorbidity in psoriatic arthritis — a perspective. Expert Rev Clin Immunol 2020; 16(10): 963–72. https://doi.org/10.1080/1744666X.2021.1825941
  7. NOVELLI L, LUBRANO E, VENERITO V et al.: Extra-articular manifestations and comorbidities in psoriatic disease: a journey into the immunologic crosstalk. Front Med (Lausanne) 2021; 8: 737079. https://doi.org/10.3389/fmed.2021.737079
  8. FITZGERALD O, OGDIE A, CHANDRAN V et al.: Psoriatic arthritis. Nat Rev Dis Primers 2021; 7(1): 59. https://doi.org/10.1038/s41572–021–00293-y
  9. SCHETT G, RAHMAN P, RITCHLIN C, MCINNES IB, ELEWAUT D, SCHER JU: Psoriatic arthritis from a mechanistic perspective. Nat Rev Rheumatol 2022; 18(6): 311–25. https://doi.org/10.1038/s41584–022–00776–6
  10. SCRIVO R, D’ANGELO S, CARRIERO A et al.: The conundrum of psoriatic arthritis: a pathogenetic and clinical pattern at the midpoint of autoinflammation and autoimmunity. Clin Rev Allergy Immunol 2022 Jan 18. https://doi.org/10.1007/s12016–021–08914-w
  11. TAAMS LS, STEEL KJA, SRENATHAN U, BURNS LA, KIRKHAM BW: IL–17 in the immunopathogenesis of spondyloarthritis. Nat Rev Rheumatol 2018; 14(8): 453–66. https://doi.org/10.1038/s41584–018–0044–2
  12. BERINGER A, MIOSSEC P: Systemic effects of IL–17 in inflammatory arthritis. Nat Rev Rheumatol 2019; 15(8): 491–501. https://doi.org/10.1038/s41584–019–0243–5
  13. GAO Q, ZHAO YX, WANG XJ, SHI J, WANG HM: Efficacy and safety of IL–17 inhibitors for patients with psoriatic arthritis: a systematic review and meta-analysis. Eur Rev Med Pharmacol Sci 2021; 25(7): 2958–70. https://doi.org/10.26355/eurrev_202104_25549
  14. LUBRANO E, PERROTTA FM: Secukinumab for ankylosing spondylitis and psoriatic arthritis. Ther Clin Risk Manag 2016; 12: 1587–92. https://doi.org/10.2147/tcrm.S100091
  15. BLAIR HA: Secukinumab: a review in psoriatic arthritis. Drugs 2021;81(4):483–494. https://doi.org/10.1007/s40265–021–01476–3
  16. MEASE PJ, McINNES IB, KIRKHAM B et al.: Secukinumab inhibition of interleukin-17A in patients with psoriatic arthritis. N Engl J Med 2015; 373(14): 1329–39. https://doi.org/10.1056/nejmoa1412679
  17. MEASE P, van der HEIJDE D, LANDEWÉ R et al.: Secukinumab improves active psoriatic arthritis symptoms and inhibits radiographic progression: primary results from the randomised, double-blind, phase III FUTURE 5 study. Ann Rheum Dis 2018; 77(6): 890–97. https://doi.org/10.1136/annrheumdis-2017–212687
  18. McINNES IB, BEHRENS F, MEASE PJ et al.: Secukinumab versus adalimumab for treatment of active psoriatic arthritis (EXCEED): a double-blind, parallel-group, randomised, active-controlled, phase 3b trial. Lancet 2020; 395(10235): 1496–505. https://doi.org/10.1016/S0140–6736(20)30564–X
  19. BARALIAKOS X, GOSSEC L, POURNARA E et al.: Secukinumab in patients with psoriatic arthritis and axial manifestations: results from the double-blind, randomised, phase 3 MAXIMISE trial. Ann Rheum Dis 2021; 80(5): 582–90. https://doi.org/10.1136/annrheumdis-2020–218808
  20. GOSSEC L, BARALIAKOS X, KERSCHBAUMER A et al.: EULAR recommendations for the management of psoriatic arthritis with pharmacological therapies: 2019 update. Ann Rheum Dis 2020; 79(6): 700–12. https://doi.org/10.1136/annrheumdis-2020–217159.
  21. COATES LC, SORIANO ER, CORP N et al.: Group for Research and Assessment of Psoriasis and Psoriatic Arthritis (GRAPPA): updated treatment recommendations for psoriatic arthritis 2021. Nat Rev Rheumatol 2022; 18(8): 465–79. https://doi.org/10.1038/s41584–022–00798–0.
  22. BLONDE L, KHUNTI K, HARRIS SB, MEIZINGER C, SKOLNIK NS: Interpretation and impact of real-world clinical data for the practicing Clinician. Adv Ther 2018; 35(11): 1763–74. https://doi.org/10.1007/s12325–018–0805-y
  23. BARNISH MS, TURNER S: The value of pragmatic and observational studies in health care and public health. Pragmat Obs Res 2017; 8: 49–55. https://doi.org/10.2147/por.S137701
  24. FORTIN M, DIONNE J, PINHO G, GIGNAC J, ALMIRALL J, LAPOINTE L: Randomized controlled trials: do they have external validity for patients with multiple comorbidities? Ann Fam Med 2006; 4(2): 104–8. https://doi.org/10.1370/afm.516
  25. BATROUNI M, COMET D, MEUNIER JP: Real world studies, challenges, needs and trends from the industry. Value Health 2014; 17(7): A587–8. https://doi.org/10.1016/j.jval.2014.08.2006
  26. RAMONDA R, LORENZIN M, CARRIERO A et al.: Effectiveness and safety of secukinumab in 608 patients with psoriatic arthritis in real life: a 24-month prospective, multicentre study. RMD Open 2021; 7(1): e001519. https://doi.org/10.1136/rmdopen-2020–001519
  27. EVIATAR T, ZISMAN D, GENDELMAN O et al.: Secukinumab real world drug retention compared to TNF-alpha inhibitors in psoriatic arthritis. Clin Exp Rheumatol 2022; 40(1): 15–23. https://doi.org/10.55563/clinexprheumatol/1sx5yk
  28. VALERO-EXPÓSITO M, MARTÍN-LÓPEZ M, GUILLÉN-ASTETE C et al.: Retention rate of secukinumab in psoriatic arthritis: Realworld data results from a Spanish multicenter cohort. Medicine (Baltimore) 2022; 101(36): e30444. https://doi.org/10.1097/md.0000000000030444
  29. CHIMENTI MS, FONTI GL, CONIGLIARO P et al.: One-year effectiveness, retention rate, and safety of secukinumab in ankylosing spondylitis and psoriatic arthritis: a real-life multicenter study. Expert Opin Biol Ther2020; 20(7): 813–21. https://doi.org/10.1080/14712598.2020.1761957
  30. ALONSO S, VILLA I, FERNÁNDEZ S et al.: Multicenter study of secukinumab survival and safety in spondyloarthritis and psoriatic arthritis: secukinumab in Cantabria and ASTURias Study. Front Med (Lausanne) 2021; 8: 679009. https://doi.org/10.3389/fmed.2021.679009
  31. KILTZ U, SFIKAKIS PP, GAFFNEY K et al.: Interim 2-year analysis from SERENA: a realworld study in patients with psoriatic arthritis or ankylosing spondylitis treated with secukinumab. Rheumatol Ther 2022; 9(4): 1129–42. https://doi.org/10.1007/s40744–022–00460-x
  32. TAYLOR W, GLADMAN D, HELLIWELL P et al.: Classification criteria for psoriatic arthritis: development of new criteria from a large international study. Arthritis Rheum 2006; 54(8): 2665–73. https://doi.org/10.1002/art.21972
  33. RUSCITTI P, CIPRIANI P, LIAKOULI V et al.: Subclinical and clinical atherosclerosis in rheumatoid arthritis: results from the 3-year, multicentre, prospective, observational GIRRCS (Gruppo Italiano di Ricerca in Reumatologia Clinica e Sperimentale) study. Arthritis Res Ther 2019; 21(1): 204. https://doi.org/10.1186/s13075–019–1975-y
  34. RUSCITTI P, CIPRIANI P, LIAKOULI V et al.: Occurrence and predictive factors of high blood pressure, type 2 diabetes, and metabolic syndrome in rheumatoid arthritis: findings from a 3-year, multicentre, prospective, observational study. Clin Exp Rheumatol 2021; 39(5): 995–1002. https://doi.org/10.55563/clinexprheumatol/5r53em
  35. MADDALONI E, D’ONOFRIO L, ALESSANDRI F et al.: Cardiometabolic multimorbidity is associated with a worse Covid-19 prognosis than individual cardiometabolic risk factors: a multicentre retrospective study (CoViDiab II). Cardiovasc Diabetol 2020; 19(1): 164. https://doi.org/10.1186/s12933–020–01140–2
  36. TARANNUM S, LEUNG YY, JOHNSON SR et al.: Sex — and gender-related differences in psoriatic arthritis. Nat Rev Rheumatol 2022; 18(9): 513–26. https://doi.org/10.1038/s41584–022–00810–7
  37. SERHAL L, LWIN MN, HOLROYD C, EDWARDS CJ: Rheumatoid arthritis in the elderly: Characteristics and treatment considerations. Autoimmun Rev 2020; 19(6): 102528. https://doi.org/10.1016/j.autrev.2020.102528
  38. van ONNA M, BOONEN A: Challenges in the management of older patients with inflammatory rheumatic diseases. Nat Rev Rheumatol 2022; 18(6): 326–34. https://doi.org/10.1038/s41584–022–00768–6
  39. DUFFIELD SJ, ELLIS BM, GOODSON N et al.: The contribution of musculoskeletal disorders in multimorbidity: Implications for practice and policy. Best Pract Res Clin Rheumatol 2017; 31(2): 129–44. https://doi.org/10.1016/j.berh.2017.09.004
  40. BARTOLONI E, ALUNNO A, GERLI R: Hypertension as a cardiovascular risk factor in autoimmune rheumatic diseases. Nat Rev Cardiol 2018; 15(1): 33–44. https://doi.org/10.1038/nrcardio.2017.118
  41. ABDEL–MONEIM A, BAKERY HH, ALLAM G: The potential pathogenic role of IL–17/Th17 cells in both type 1 and type 2 diabetes mellitus. Biomed Pharmacother 2018; 101: 287–92. https://doi.org/10.1016/j.biopha.2018.02.103
  42. RUSCITTI P, DI BENEDETTO P, BERARDICURTI O et al.: Adipocytokines in rheumatoid arthritis: the hidden link between inflammation and cardiometabolic comorbidities. J Immunol Res 2018; 2018: 8410182. https://doi.org/10.1155/2018/8410182
  43. von STEBUT E, BOEHNCKE WH, GHORESCHI K et al.: IL–17A in psoriasis and beyond: cardiovascular and metabolic implications. Front Immunol 2020; 10: 3096. https://doi.org/10.3389/fimmu.2019.03096
  44. HØJGAARD P, GLINTBORG B, KRISTENSEN LE, GUDBJORNSSON B, LOVE TJ, DREYER L: The influence of obesity on response to tumour necrosis factor-α inhibitors in psoriatic arthritis: results from the DANBIO and ICEBIO registries. Rheumatology (Oxford) 2016; 55(12): 2191–99. https://doi.org/10.1093/rheumatology/kew326
  45. GALÍNDEZ E, CARMONA L: Is obesity in psoriatic arthritis associated with a poorer therapeutic response and more adverse effects of treatment with an anchor drug? Reumatol Clin 2016; 12(6): 307–12. https://doi.org/10.1016/j.reuma.2015.12.005
  46. PANTANO I, IACONO D, FAVALLI EG et al.: Secukinumab efficacy in patients with ПсА is not dependent on patients» body mass index. Ann Rheum Dis 2022; 81(3): e42. https://doi.org/10.1136/annrheumdis-2020–217251
  47. GIACOMELLI R, AFELTRA A, ALUNNO A et al.: International consensus: What else can we do to improve diagnosis and therapeutic strategies in patients affected by autoimmune rheumatic diseases (rheumatoid arthritis, spondyloarthritides, systemic sclerosis, systemic lupus erythematosus, antiphospholipid syndrome and Sjögren’s syndrome)?: The unmet needs and the clinical grey zone in autoimmune disease management. Autoimmun Rev 2017; 16(9): 911–24. https://doi.org/10.1016/j.autrev.2017.07.012
  48. GIACOMELLI R, AFELTRA A, ALUNNO A et al.: Guidelines for biomarkers in autoimmune rheumatic diseases — evidence-based analysis. Autoimmun Rev 2019; 18(1): 93–106. https://doi.org/10.1016/j.autrev.2018.08.003
  49. GIACOMELLI R, AFELTRA A, BARTOLONI E et al.: The growing role of precision medicine for the treatment of autoimmune diseases; results of a systematic review of literature and Experts» Consensus. Autoimmun Rev 2021; 20(2): 102738. https://doi.org/10.1016/j.autrev.2020.102738

 

KZ/11559679/SEC/WEB/12.25/0

Теги

  • Ревматология
  • Псориатический артрит